Под кайфом выебал горячую незнакомку до утра, а проснулся — и это была моя собственная мачеха!

Самое горячее, что вы видели сегодня.

Он затянулся, прикрывая глаза — дым пополз лёгкими, смешиваясь с виски, горячим и чуть горьковатым. А она уже рядом, скользкая, мягкая, пахнет ванилью и развратом. Её язык — мокрый, настойчивый — обвивает головку, втягивает, дразнит. Он слышит, как она хлюпает, как всхлипывает, заглатывая до самого горла, до спазма, до слёз в уголках глаз. А потом — ноги на весу, мокрая щёлка, готовая принять на всю длину. Он входит — сразу до упора, без прелюдий, без резины. Слышен влажный шлепок кожи, её сдавленный стон — и он долбит, грубо, глубоко, вгоняя член в горячую пульсирующую плоть, пока она скулит и просит ещё. Утро разбивает голову тупой болью — и правдой. Мачеха. Та самая, что вчера кралась мимо в халате, мелькнув голой задницей. Теперь он знает, как она стонет, как кончает, сжимаясь на его члене. И знаешь? Он не жалеет. Ни капли. Потому что эта сучка — огонь. И он придёт снова.

Не забудьте добавить в закладки.