Русская нимфоманка заглотила член-биту до яиц и взвыла от восторга: дайте добавки, сукины дети!

Самое горячее, что вы видели сегодня.

Она смотрит на этот ствол — и у неё перехватывает дыхание. Господи, да это же не член, а целая дубина, грубая, толстая, разбухшая от желания. Ей кажется, что она чувствует его вес ещё до того, как дотронулась. Пальцы скользят по вздувшейся вене, и от одного этого прикосновения по спине бегут мурашки. Она медленно ведёт рукой по всей длине, сжимая, ощущая, как он пульсирует в ответ, как наливается силой и готовностью разорвать её пополам. Она усмехается — в глазах азарт и вызов: ну что, пизда, выдюжишь? Губы смыкаются на головке, она берёт глубоко, так глубоко, что чувствует, как ствол упирается в горло, давит, вынуждая дышать рывками. Слюна стекает по тяжелой мошонке, звуки влажные, чавкающие — она работается ртом как одержимая, дрочит рукой то, что не помещается, и стонет хрипло, с надрывом. Потом садится сверху, медленно, сантиметр за сантиметром, раздвигая себя этим монстром. Внутри жар, распирание, граница боли и безумного наслаждения. Она закусывает губу, выдыхает сквозь сжатые зубы, напрягая живот, и когда он входит целиком — мир взрывается. Она скачет, бьёт бёдрами, вбивая его в себя всё глубже, и кричит на каждой фазе, чувствуя, как набухает клитор от трения. Мокро, жарко, грязно. Она кончает, сжимаясь вокруг него, дрожит, обливаясь потом, и её стоны переходят в хриплый шёпот: давай, залей меня, разорви. Он кончает в неё с рыком, толчками, заливая всё внутри, а она сжимает бёдра, удерживая эту горячую волну, и улыбается — победно, грязно, довольно.

Не забудьте добавить в закладки.