Мачеху ебать хуже молоденькой, зато лучше чем дрочить: запретная дыра вместо ручной скуки

Самое горячее, что вы видели сегодня.

Она стоит в проходе, лениво прислонившись к косяку, пока он изливает ей душу. Нытьё парня про эту сучку, что неделю дразнит его и не даёт, звучит как музыка. Мачеха слушает, чуть прикусив губу, и в её глазах разгорается хищный огонёк. Ей плевать на его проблемы с девкой, но видеть, как он заводится от собственного бессилия — лучшее предисловие. — Хватит скулить, — её голос режет воздух, низкий и хриплый. — Иди сюда. Я научу тебя, как забывать о таких проблемах. Её пальцы уже расстёгивают его джинсы, а другая рука скользит в собственные трусики, дразня себя. Она видит, как его член упирается в ширинку, и тихо посмеивается. Он всего лишь мальчишка, но голодный и отчаянный. Она опускается на колени, и её горячее дыхание обжигает головку. Влажный, жадный поцелуй, и она берёт его глубоко в рот, втягивая щёки, пока он не вскрикивает. Каждое движение языка — это обещание: сегодня он будет трахать её, вымещая всю злость на ту стерву. Она шлёпается на кровать, раздвигая ноги шире, показывая ему, как сильно течёт. Её киска влажная и готовая, сжимается в нетерпении. Она дёргает его за руку, заставляя нависнуть сверху. — Давай, трахни меня так, чтобы я почувствовала, как ты зол. Забудь про эту дырявую суку, — её шёпот срывается на стон, когда он входит резко, до упора. — Я хочу чувствовать, как ты выебываешь из меня всю дурь, всю ту злость, что копилась. Он наваливается, двигаясь жёстко и глубоко, его яйца шлёпают по её мокрым складкам. Она стонет, впиваясь ногтями в его спину, подмахивая бёдрами ему навстречу. Каждый толчок — это разрядка, грязная и дикая. Она позволяет ему быть грубым, наслаждаясь тем, как он вымещает свою обиду на её горячем, покорном теле, пока комната не заполняется только звуками их жадного дыхания и влажных шлепков.

Приятного просмотра!