Дерзкая нимфоманка в чулках умоляет трахнуть её жёстко до слёз и дрожи в ногах

Готовы к настоящему жару?

Она ждала этого момента весь день. Всю свою гребаную жизнь, кажется. Сестра, перешагнувшая порог зрелости, так и не успевшая нацепить на палец дурацкое кольцо, но зато успевшая понять одну простую истину: с каждым годом ее киска хочет член все сильнее, все отчаяннее, все громче. И плевать, что этот член принадлежит родному брату. Она знала, что он придет с минуты на минуту. Сердце колотилось где-то в горле, когда она натягивала на себя тонкое, почти невесомое эротическое белье — черное кружево, которое ничего не скрывало, а только подчеркивало набухшие соски и влажную ложбинку между ног. Чулки с силиконовой резинкой впились в сочную кожу бедер, оставляя на ней розовые полосы. Она провела ладонью по гладко выбритой, совершенно голой письке, чувствуя, как пальцы мгновенно намокают от предвкушения. Щелкнул замок входной двери. И вот он, ее большой братик, входит в комнату. Она стоит в дверях, прислонившись плечом к косяку, выставив бедро, поигрывая пальцами кружевной резинки трусиков, которые уже давно пора было снять. — Ну и где ты ходишь? — выдыхает она хрипло, с легкой, почти нахальной ухмылкой. — Я тут уже вся извелась, пока ждала, пока себе дырочку пальчиками разминала. Она видит, как его взгляд скользит по ее телу. По налитой груди, по острому треугольнику лобка, по ногам. На его лице — секундное замешательство, которое тут же сменяется животным, первобытным голодом. Он делает шаг, и между ними проскакивает искра, пахнущая грехом. — Да ладно тебе строить из себя недотрогу, — она смеется, но в смехе слышны нотки истерики, голода. — Ты же видишь, какая я мокрая. Для кого я брилась, как ты думаешь? Для соседа сверху? Он молча подходит ближе. Она чувствует жар его тела, слышит его тяжелое дыхание. Ее рука сама тянется к ширинке его джинсов. Пальцы, дрожащие от нетерпения, расстегивают пуговицу, дергают молнию. Звук расходящейся ткани разрезает тишину, как первый аккорд грязного порно. — Трахни меня, — шепчет она, глядя ему прямо в глаза. — Трахни так, как не трахал никто. Как брат должен трахать свою сладкую сестренку. Он не заставляет себя упрашивать. Он хватает ее за

Не забудьте добавить в закладки.